21:03 

AISI-A
= Сердце Города =



Жанр: фантастика, мелодрама
Рейтинг: присутствуют сцены войны и жестокости.
Статус: в процессе написания
Сюжетная линия Части 1-11 в соавторстве
Литературная обработка моя.
Соавтор: Тинка-Солнце, yatinka95@gmail.com
Портрет в Части 8: princesskalivanor
Модель: Евгений Александров


Начало



Девушка безучастно слушала высокую темноволосую бледную женщину, которая возилась над ее ложем, что-то попутно объясняя и спрашивая. Одета та была странно. В облегающий серый комбинезон, со структурой ткани, похожей на змеиную кожу. Сверху на него было надето что-то вроде бледно-зеленой туники, с многочисленными карманами, маскирующимися ниспадающими складками разной длины. На каждый вопрос женщины девушка сосредотачивала на лице той недоуменный взгляд, не понимая, что от нее хотят. Вскоре вопросы прекратились и речь превратилась в монолог. Голос женщины был спокойный, плавный, но какой-то жесткий. И только это, царапающее слух чувство, не давало девушке уснуть под убаюкивающее журчание голоса. Слова, производимые им, девушка понимала. Но, они не достигали ее апатичного рассудка.

Еще совсем недавно ее окружал слепящий калейдоскоп хаоса из тьмы и света. Бесформенный всепожирающий ужас мучительно убивал ее, опережая даже жуткую боль, рвущую все тело. Оглушая безумным звериным отчаянием. Ей была безразлична причина боли и страха, как безразлично и то, что ждет ее дальше. Все ее мысли были только о том, как избавить себя от этих мук. Но, все изменилось в один момент без ее участия. Сначала исчез жгучий страх, изгнанный чьей-то мощной бесстрастной волей, незаметно вторгшейся сразу повсюду в ее сознание. Следом исчезла боль, поглощенная той же чуждой волей. А потом и она сама исчезла из предавшей ее реальности. И появилась в совершенно незнакомой нереальности. В пустом помещении светло-серого матового цвета, увенчанном странным потолком глубокого кремового оттенка, напоминающего кварц, только с мерцающими как маленькие звезды искрами. Больше девушка ничего увидеть не могла. Только женщину, склонившуюся над ней.

Своего тела девушка не чувствовала. Как будто, вся она превратилась в одно сплошное сознание, не обремененное ничем материальным. И, тем не менее, сознание удерживалось на одном уровне и в одном положении относительно помещения. Из чего девушка сделала вывод, что тело у нее все-таки есть и находится оно в лежачем положении. Но, почему то, она его не чувствует и не может направить свое сознание так, чтобы увидеть хотя бы часть себя. Девушка внимательно посмотрела на вдруг замолчавшую женщину и с удивлением услышала еще один голос. Тихий, немного замирающий, но ясный:
- У меня... есть... руки?
Лицо женщины озарило выражение радости. Она наклонилась и подняла на уровень взгляда девушки две узкие ладони с кожей розовой и нежной, как у полугодовалого младенца, безвольные в бледных руках женщины. Женщина повернула их тыльной стороной к девушке и обратно:
- Нравится?
- Они... мои? - с сомнением произнес тихий голос, который девушка признала своим.
- Теперь твои, - по тонким губам женщины пробежала легкая усмешка.
- А чьи были? - удивилась девушка.
- Их не было, прежде, чем стать твоими, - женщина посерьезнела, положила руки девушки обратно вдоль тела и выпрямилась:
- Я боялась, что сегодня уже не удастся достучаться до тебя, - мягко произнесла женщина, - но раз твой разум уже осознает себя, нам лучше будет вернуть тебе и ощущение тела, а затем поспать. На все твои вопросы я отвечу потом.

Женщина протянула к ней руки. И из ближайшей стены в них мгновенно вынырнули два тонких серебристо матовых щупальца, концы которых трансформировались в ни с чем не ассоциирующиеся для девушки инструменты. Затем женщина склонилась над ней. Вскоре девушка почувствовала, как ощущение невесомости ее "я" пропадает и втискивается в границы формы неподвижного тела. Постепенно онемение уступило место покалыванию, а затем и вовсе неприятным ощущениям, начавшим вызывать у нее дискомфорт. Тело показалось девушке неудобным и раздражающим своим неповиновением. Женщина заметила ее раздражение и поняла его правильно:
- Не спеши, у тебя будет достаточно времени, чтобы привыкнуть. А сейчас тебе лучше поспать.

Но спать девушке не хотелось совсем. Ее мучили неразрешенные вопросы и беспомощная борьба сознания за власть над телом. Оно казалось таким тяжелым, и никак не хотело подчиняться, чтобы пошевелить хотя бы пальцем. Девушка почувствовала огорчение и досаду. А затем почувствовала свои глаза, с внешних уголков которых полилась влага. По тут же очнувшемуся лицу, к разбуженным ушам. Подчинив голову, девушка уверенно начала подчинять себе и все остальное. Женщина замерла над ней с каким-то новым инструментом. И неподвижно стояла до тех пор, пока сражение девушки не завершилось полной победой разума.
- А ты упрямая... - сжала губы женщина, отпуская инструмент, который моментально растворился в стене, - я не могу усыпить тебя против воли. Но встать ты все равно сейчас не сможешь. Поэтому, лучше все-таки будет тебе поспать, чтобы восстановить силы и облегчить идентификацию.
- Идентификацию? - переспросила девушка, - С чем? С кем?
И потом задала главный мучавший вопрос:
- Кто я?
Женщина помолчала, о чем-то раздумывая, потом решилась:
- Я не знаю, как тебя зовут и что с тобой произошло. Тебя доставили в медицинский район с ожоговыми политравмами последней степени. Пришлось восстанавливать даже кости. Ты регенерировала несколько недель. И я думаю, что тебе не нужно знать причины этих травм. Начни жить снова и считай этот день своим днем рождения. Так будет лучше для тебя.

Девушка задумчиво рассматривала свои руки, по-новому. Получается, что она родилась заново, получив совершенно новое тело. По крайней мере, большую его часть. Действительно ли ей хочется знать, кем она была раньше? Сколько боли могло принести ей прошлое? Но, без этого, пусть даже пугающего, прошлого девушка почувствовала себя очень одинокой. Она согнула ноги в коленях, подтянула их к себе и обняла, уютно съежившись на своем странно-упругом удобном ложе. Она не заметила, как женщина покинула помещение. И не заметила, как в ее угнетенное сознание вкрался странно-знакомый чужой разум. Спокойный и умиротворяющий. Показавшийся таким щемяще родным и желанным. Сознание девушки тут же вскользнуло в это большое, такое сильное и безопасное. Она расслабилась, вытянувшись и сложив руки под голову. И, засыпая, спросила вникуда:
- Кто ты?
- Я Город. Твой Город, - тихо, почти неслышно, ответил глубокий красивый голос.
- А я кто?
- А ты - мое Сердце.
Девушка больше не чувствовала себя одинокой. Ее больше ничто не беспокоило. И она легко растворилась в приятном счастливом сне.

Когда девушка проснулась, ощущение большого сознания пропало. И она подумала, что голос Города ей приснился. В помещении никого не было. Она попыталась подняться. Не сразу, но это удалось. Девушка села на своем ложе и огляделась. Помещение было абсолютно пустым, не считая ложа, такого же цвета и структуры, как и стены. Пол был идентичен потолку. А кисти рук девушки оканчивались у запястья серебристым рукавом, похожим на змеиную кожу. Она потрогала и оглядела свое тело. На нем был такой же комбинезон, как у вчерашней женщины. Но туники не было. Ткань была приятной, почти не чувствовалась на теле и ощущалась как вторая кожа. И комбинезон не был комбинезоном. Когда девушка потянула вверх ткань на талии, та сморщилась и поднялась, открывая обнаженное тело, образовав комплект из штанов и рубашки. Но как только пальцы девушки отпустили ткань, верхняя половина комплекта, сразу же, срослась с нижней. Следующей удивившей вещью были ноги. Они были полностью облачены в комбинезон, но поверх него были надеты темные сандалии со шнуровкой, на толстой подошве. Девушка решила встать.

Эти попытки заняли у нее гораздо больше времени, чем она рассчитывала вначале. Тело не слушалось и не желало укрощаться равновесием. И, когда она уже почти решила сдаться, на ближайшей стене вдруг начала трансформироваться скоба, рядом вторая, третья... Из стены напротив, в другом конце помещения, вырос стул, затем стол. Потом стена над столом открылась, образовав небольшое круглое окно, из которого на стол мягко выехал бежевый круглый контейнер, медленно и аккуратно приземлившийся на стол. Девушка была заинтригована. Из контейнера шел неожиданно приятный влекущий ванильно-фруктовый запах. Раньше никаких запахов в помещении не было. Вцепившись руками в первую ближнюю скобу, она повисла на ней всем телом, пытаясь опираться на непослушные ноги и перенести нагрузку веса на позвоночник. Затем ее руки переместились на следующую скобу. Находясь уже посредине помещения, она заметила, как ее ложе исчезло в стене. Отступать теперь было некуда. Двигаться теперь можно было только вперед.

Как только руки, удобно устроившейся на стуле девушки, прикоснулись к контейнеру, тот раскрылся как цветок. Явив взору нечто прекрасное и столь же неотразимо ароматное. Еда была девушке незнакома, но очень напоминала фруктовый торт-суфле. Она ткнула указательным пальцем в это прекрасное и затем облизнула палец. Желудок не возмутился, радостно приветствуя необыкновенно вкусную еду, и потребовал добавки. Моментально вытянувшееся из стены тонкое щупальце всунуло в руку девушки узкую лопатку. И тут же втянулось обратно, оставив лопатку в руке, как будто ящерица отбросившая хвост. Девушка отметила для себя новую замеченную способность серебристых стен, но внимание не ней не задержалось. Сейчас ее больше всего волновала еда, есть которую стало гораздо удобней. Вслед за опустевшим контейнером, исчезнувшим в стене вместе с лопаткой, стол порадовал девушку высоким бокалом горячего напитка, распространившего по помещению чудесный травный запах. А после того, как в стене над столом исчез пустой бокал, открылось большое овальное окно в стене со скобами, которые за мгновение до этого бесследно растворились в ней. И вошла уже знакомая девушке женщина. На этот раз она была одета в двухцветную тунику другого покроя, но серебристый комбинезон оставался прежним. На ней были почти такие же сандалии, как и у девушки, только темно-синего цвета, с небольшими каблучками и по-другому завязанные.

Женщина удовлетворенно и как-то гордо смотрела на девушку, потом произнесла:
- Здравствуй, Кёр-де-Виль. Меня зовут Дайма. Хочешь прогуляться?


Часть 1.



- Кёр-де-Виль? - непонимающе уставилась на Дайму девушка.
Но, не дала той ответить. Что-то больно вспыхнуло в ее мозгу. Девушка поморщилась и машинально сказала:
- Сердце Города. Я знаю этот язык. Он из моей реальности. Но разве так меня зовут? Я не чувствую родства ни с этим именем, ни с французским языком.
- Так тебя назвал Город, - пожала плечами Дайма, - он не знает, как тебя зовут, поэтому предложил нам звать тебя так.
- Значит, Город мне не приснился, - прошептала девушка.
- Конечно, нет, - улыбнулась Дайма, - если ты, наконец, сдвинешься с места, я покажу тебе его.
Но двигаться девушка не торопилась. Во-первых, потому что ей еще трудно было передвигаться. Во-вторых, комната, к которой она уже успела привыкнуть, давала ей ощущение надежности и безопасности. Ее страшила неизвестность за пределами этого помещения.
Дайма, вероятно, правильно поняла ее нерешительность. Женщина подошла к девушке и протянула ей обе руки:
- Хорошо, давай сначала походим здесь.
Девушка покорно вцепилась в эти руки, оказавшиеся, на удивление, сильными. И, при поддержке Даймы, засеменила по комнате, уже зарастившей отверстие, через которое вошла женщина.
- Как получилось, что ты говоришь на моем языке? - осторожно спросила девушка, глядя на свои спотыкающиеся ноги.
- Здесь все говорят на языке Города, - терпеливо ответила женщина.
- Что такое Город?

Несколько минут Дайма молчала. И Кёр, уже смирившаяся с новым именем, не решалась задать свой вопрос снова. Она уже потеряла надежду услышать на него ответ, когда раздался голос Даймы, ровный, без всяких эмоций:
- Извини за задержку. Твой вопрос не такой уж простой. Но я попробую объяснить то, что знаю. Город - это постоянное место обитания многих людей, застроенное различными сооружениями разных целевых назначений, обеспечивающих жизнеподдержание жителей. Для проживания, отдыха или работы, например. Наш Город имеет границу - высокую ограду по периметру и атмосферный купол. За его пределами жизнь невозможна, хотя и располагается он на твердой поверхности планеты. Никто из наших горожан никогда за оградой не был, поэтому нашему Городу не нужно название. Достаточно называть его просто Город. Однако, к нам проникали жители других Городов. О них позже. Плотность населения нашего Города невелика. Практически все горожане знакомы друг с другом. Но Город имеет огромную площадь, около 500 квадратных километров. По этой причине многие районы не заселены. Хотя и полностью готовы к принятию жителей в любой момент. Жителей у нас около пяти тысяч. И почти всех, за исключением родившихся здесь, доставил сюда Город. Все те, кто помнит свою прошлую жизнь, говорят о том, что возвращаться им абсолютно некуда. Те, кто не помнит, часто заблуждаются поначалу, считая Город загробным миром. Но это не так. Как глава медицинского района я точно знаю, что Город никогда не доставлял сюда мертвецов. И оживлять их он тоже не может. Общее у всех горожан одно - все мы были вычеркнуты из нашей прошлой жизни за несколько мгновений до того, как Город забрал нас к себе. Возврат к ней совершенно невозможен. Исключение составляют только Сердца Города.

Кёр невольно остановилась, у нее возникло сразу столько вопросов, что она растерялась. И машинально задала тот, который плавал на самой поверхности омута мыслей и чувств:
- А ты помнишь свою прошлую жизнь?
Дайма поджала губы, и ее лицо как будто окаменело:
- Я помню, - сухо сказала она, - мне ее не забыть, но лучше бы не помнила.
Кёр, увидев что Дайме неприятны такие воспоминания, решила сменить тему на более интересующую:
- Мне казалось, что у всего живого сердце должно быть только одно. Но ты сказала 'Сердца Города'. Значит, я не единственная Кёр-де-Виль здесь. Почему Сердца исключение? Они могут вернуться к прошлым жизням? Что такое Город на самом деле? Постройки и инфраструктура это не то, что я хотела узнать. Мне показалось, что Город... со мной говорит... что он... живой. Он разумен?
Дайма грустно усмехнулась:
- Давай продолжим ходить, у тебя получается все лучше и лучше. А я постараюсь ответить на оба твоих сложных вопроса.

Девушка подчинилась. Ее шаги действительно становились уверенней и тверже. А Дайма продолжила все тем же монотонным ровным голосом:
- Город разумен. С жителями он говорит как обычно, но иногда разными голосами. И всегда мужскими. Другие Города не все имеют мужскую сущность, есть и женские. Сердца должны иметь сущность противоположную Городу. Кёр-де-Виль только ты, другие свои имена помнят. О Сердцах я знаю не так уж много. С ними Город может говорить не только голосом. Вследствие какой-то особой восприимчивости Сердца и Город слышат друг друга без слов. Слышат почти всегда на протяжении всей своей жизни. Но в своих прежних жизнях Сердца слышат его отрывочно и не всегда ясно. Живой он или нет, я сказать не могу, не знаю. Вряд ли кто-то из жителей тебе это скажет. Разве что Сердца Города. И да, они могут вернуться к прошлой жизни. По крайней мере, те двое, которых Город содержит в Особом районе. Одна из них не раз пыталась бежать. Из-за чего в город впервые на моей памяти проникли жители другого Города. Но бежать некуда. Пространство за оградой безжизненно. А Сердца у каждого Города собственные, чужие им не подходят, необходимая взаимосвязь индивидуальна для каждого Города. Предполагаю, что и взаимосвязь с горожанами также индивидуальна. Чужой Город не сможет вернуть кого-то из наших горожан в их прошлую жизнь. Я не уверена что и наш Город это сможет, даже если захочет. Однако, я могу ошибаться. Мои знания о Городах и их Сердцах на этом заканчиваются.

Кёр, увлеченно впитывающая, как губка, слова Даймы, не собиралась удовлетворяться таким ответом. Как только женщина замолчала, она нетерпеливо задала новый вопрос:
- Что за взаимосвязь у Города и Сердца? Зачем мы нужны ему? Он не может функционировать без нас?
Дайма глубоко вздохнула, и устало улыбнулась. Потом терпеливо ответила:
- Функционировать может. Эффективно защищаться и искать новых горожан - не может. Возможных горожан слышит только Сердце и показывает Городу где искать. Взаимосвязь заключается в том, что Сердце соединяет и концентрирует на себе все функции Города, не позволяя ему рассеивать внимание и где-то что-то недосмотреть. И обновляет через себя его энергетические возможности. Фактически, Сердце - это зеркало Города и его второе дыхание. Оно является серьезной поддержкой, без которой функциональность Города снижается.
- Защищаться от чего? - медленно проговорила Кёр.
- На этот вопрос я не буду отвечать, - холодно отрезала женщина, останавливаясь и осторожно освобождая свои руки из рук Кёр.
Девушка тоже остановилась. Поддержка перестала быть ей необходимой. Двигалась она теперь непринужденно.
- Ты уже дала половину ответа на мой вопрос. Почему бы не договорить вторую половину, - насмешливо и озорно улыбнулась она главе медицинского района.

Дайма молчала.
- Итак, в Город проникали жители других Городов, - упрямо продолжала девушка, - которые не имеют взаимосвязи с этим Городом, зато будут иметь трудности с проживанием в нем. Значит, они были враждебны этому Городу. Город воюет с другим Городом или Городами?
Дайма молчала.
- Не молчи, - раздраженно выдохнула Кёр, - я не такая, как другие Сердца, не убегу от испуга. Бежать мне не только некуда, но я даже не помню, куда бы могла сбежать. Этот Город не только моя новая жизнь, он моя единственная жизнь сейчас.
Дайма покачала головой:
- Я не могу сказать тебе то, что мне не разрешено говорить. Но ты можешь спросить главу оборонного района. Или сам Город.
Кёр пожала плечами и обезоруживающе улыбнулась:
- Идем спрашивать.
Женщина облегченно расслабилась и, поманив указательным пальцем за собой девушку, развернулась к той стене, откуда вошла. Двигалась она решительно, ничуть не притормозив перед стеной, которая мгновенно растворилась, пропуская женщину. И оставляя проход открытым, как будто ожидая Кёр. Девушка также решительно, как и Дайма, прошла в него, без сожалений покидая привычную безопасность. Может быть неизвестность и была опасной, но в ней кипела жизнь. И жизнь манила девушку к себе.


Часть 2.



Длинная улочка, на которой оказалась Кёр, была такой же расцветки и структуры, как и покинутое ею помещение. Широкая дорожка ничем не отличалась от пола. Но масштабы были совсем другие. Знакомый потолок начинался метрах в двадцати от пола. Покинутое помещение располагалось во внешней части большого четырехэтажного строения, в котором оказались даже окна. Периметр постройки напоминал прямоугольник со скругленными углами. А само здание было кремового и бледно-розового цветов. Вокруг было по-солнечному светло, и девушка смогла разглядеть и другие разноэтажные и разноцветные строения. Архитектура была разной, но роднило их общее отсутствие углов. Они все были закругленными. Бросалось в глаза полное отсутствие растительности. Хотя, откуда ей быть, если небо было искристо-кремовым, а не голубым. И без солнца.
Идущая впереди Дайма остановилась и, повернувшись к девушке вполоборота, внимательно ее разглядывала. Кёр сочла нужным поделиться с той своим разочарованием:
- Здесь нет солнца. И нет деревьев, травы...
- Здесь есть оранжереи, - улыбнулась женщина уголком рта, - а трава, цветы и солнце на верхнем жилом уровне. Есть даже горы и водопады с радугами. Здесь рабочие и специализированные районы. Под этим есть еще один, уровень промышленных коммуникаций и систем жизнеобеспечения. Всего известных мне уровня у Города три.

- Здесь из любой комнаты можно выйти на улицу? - попыталась пошутить Кёр. Но неудачно, потому что Дайма снова подавила усмешку:
- Из любой. На любом этаже, в любом направлении. Через противоположную стену мы могли выйти в коридор клиники интенсивного восстановления. Через две другие стены в соседние помещения. Однако в два последних нужно разрешение обитателей этих помещений, иначе система просто не откроет проход. Пол и потолок непроходимы.
- Хм, - поразилась девушка, - можно выйти на улицу даже с четвертого этажа?
- Можно, - спокойно кивнула Дайма, - если у тебя есть автокрылья или индивидуальный летун - одноместное летающее средство передвижения. Если твоему здоровью что-то угрожает, система опять-таки, не откроет проход.
- Где берут автокрылья? - тут же выдохнула Кёр, сверкая заискрившимися желанием глазами не хуже кремового потолка.
- Здесь ими мало пользуются, - коротко рассмеялась женщина, - крылья получишь на жилом уровне. Потом она посерьезнела, - ты собиралась в оборонный район. Если передумала, я могу отвести тебя на жилой уровень.

Внутри Кёр устроили сражение два труднопобедимых чувства. Жажда получить то, что хочется и жажда определенности. Девушка с несчастным видом смотрела на Дайму, ожидая, что та примет решение за нее. Но, женщина безучастно молчала. Поняв, что поддержки не дождаться, Кёр встала на сторону любопытства. Крылья она еще успеет получить, и возможно на жилом уровне ей еще много чего захочется. Но, неопределенность своего положения, так волнующие ее неотвеченные вопросы, отравят ей все приятные моменты от утоления других желаний. И она уверенно покачала головой:
- Я не передумала. Но придумала следующий пункт в плане путешествий. Долго нам еще до оборонного района?
- Не очень, - ответила медик, потом кивнула куда-то в сторону, - видишь высокие цилиндрические постройки до самого потолка? Это портеры. Один из них есть в каждом микрорайоне, состоящем из девяти строений. На жилом уровне также. А на нижнем я никогда не была, и не интересовалась его устройством. Но, полагаю, что и там они легкодоступны.
Кёр перевела взгляд в направлении кивка. Идти, и правда, было совсем недалеко.
Портер представлял собой уже знакомую девушке пустую комнату, только совершенно круглую.
- Оборонный район, - сказала Дайма в пространство помещения, когда вход за ними растворился в круглой стене портера.
Далее повисла тишина. Никаких вибраций или звуков Кёр не почувствовала и не услышала. Но, тем не менее, каким-то пространственным чувством она ощущала перемещение комнаты. Через некоторое время стена открылась, приглашая своих пассажиров на выход.

Оборонный район оказался практически копией медицинского. С той разницей, что здесь им встретились сразу несколько людей. Внимание которых, на какое-то время, привлекла Кёр. Однако женщин никто не остановил и не обратился к ним. Удостоив их лишь приветственным кивком головы. Мужчины были одеты в такой же комбинезон, как и Кёр с Даймой, но покрой туник был проще и строже. С гораздо большим количеством не спрятанных карманов, чем у Даймы. Сандалии поверх комбинезона не сильно отличались от женских. Разве что, у Даймы они были изящнее и с каблучками. А у Кёр и мужчин только невысокая толстая подошва. Медик остановилась возле двухэтажного здания песочного цвета:
- Пришли. Здесь мы на время расстанемся. Я передам тебя на попечение главы оборонного района. Позже вернусь и отведу тебя на жилой уровень.
- Спасибо, - натянуто улыбнулась Кёр, начавшая испытывать странное волнение перед встречей с другими людьми из незнакомой реальности. Которая должна была стать ее домом.

Дайма уже исчезла в проеме, образованном для нее песочной стеной. И девушка поспешила следом. Оказавшись в светлом просторном коридоре, уже знакомой ей расцветки и планировки, она обнаружила женщину беседующей с высоким коротко стриженым атлетом, на голову выше Даймы. Сама Кёр была едва выше плеча главы медицинского района. Мужчина был очень высоким и Кер пожалела, что у ее сандалий нет каблуков. Заметно недружелюбный, в отличие от Даймы, мощный неприступный вид этого человека внушал ей дискомфорт. И вдобавок ей придется смотреть на него снизу вверх. Девушка невольно замедлила шаг. Но мужчина и женщина, стоявшие впереди, прекратили свой разговор и молча стояли, смотря прямо на нее. Кёр была вынуждена поторопиться.
- Кёр-де-Виль, Сердце Города. О прошлой жизни не помнит. Обучение не проходила, общую информацию по Городу получила, - прервала молчание медик, когда девушка остановилась рядом в ожидании.
- Познакомься, Кёр, - Дайма перевела взгляд на девушку, - Лиус Дорн, глава оборонного района и мой муж. Он поможет тебе с дальнейшей адаптацией.
Муж... повторила про себя Кёр. Она откуда-то знала, что это значит. Но пара совсем не производила впечатление супружеской. Между ними не чувствовалось ни особого тепла, ни притяжения. Они больше походили на коллег или деловых партнеров, связанных общим серьезным интересом. Тем не менее, девушку успокоил тот факт, что недружелюбный мужчина являлся мужем Даймы. Медику она доверяла, а значит, может доверять и второй половине этой женщины.

Кёр подняла глаза, непроизвольно упрямо поджав нижнюю губу, чтобы выдержать пронзающий колющий взгляд бледно-голубых глаз Лиуса Дорна.
- Здравствуй, новое Сердце, - холодно произнес мужчина, - надеюсь, что ты не доставишь нам столько проблем, как другие.
Дайма почти незаметно тронула мужа за рукав и неодобрительно чуть повела головой.
Потом мягко сказала:
- Мне пора идти. Позаботься о девушке. Ей сейчас нелегко.
Затем она кивнула Кёр:
- Удачи, Кёр-де-Виль.
И направилась к выходу из здания.
Девушка и мужчина молчаливо смотрели ей вслед, пока стена не поглотила женщину.
- Идем, - раздался бесстрастный голос за спиной Кёр.
Девушка повернулась, увидела удаляющуюся спину в бежево-сером жилете, вздохнула, и обреченно поплелась следом. Что же сделали те другие Сердца, думала она, что сам факт обладания Кёр теми же способностями, заставляет этого человека испытывать к ней такие чувства недоверия и неприязни. Она уже начала жалеть, что не выбрала первой экскурсию по жилому уровню. Ее затосковавшее внимание вдруг выловило странные ранее не замечаемые вещи. Светло-серые стены не были такими пустыми и ровными, как ей показалось поначалу. На них были нанесены овалы в человеческий рост. В примерно равных расстояниях друг от друга, по всей протяженности стен. Отличающиеся своим оттенком от общего цвета. Удивленная, Кёр остановилась возле одного такого овала. Внутри него был необычный серебристый узор. Девушка протянула руку и потрогала узор. Он был абсолютно гладким и не выделялся в стене ничем, кроме своего серебристого оттенка. Проверяя еще одну замеченную странность, Кёр дошла до другого овала. Узор в нем был другим. В овале стены напротив узор также отличался от двух, уже виденных ею. И она предполагала, что узоры всех овалов были разными.

Пытаясь разгадать эту загадку, Кёр замерла на месте. Лиус Дорн, идущий впереди, также остановился, затем раздраженно устремился назад, к девушке. Он не успел дойти до нее, когда Кёр решила проверить самый простой ответ. Она уверенно направилась в овал, намереваясь пройти. И догадка ее оказалась верной. Это было обозначение помещения. Что-то вроде аналога двери. Только в этом Городе, как она помнила, двери были не нужны. Но помещения, все же, надо было как-то различать. Стена в овале начала таять, пропуская девушку внутрь. За стеной снова оказался длинный знакомый коридор. Однако оканчивался он не поворотом, как предыдущий. Дальше, прямо посреди коридора, виднелся цилиндрический объект, напоминавший портер, но меньшего размера. Коридор был пуст, тем не менее, девушка не стала проверять, что скрывается за другими овалами. Если цилиндр это портер, то там определенно никого нет. А сейчас Кёр не хотела ничьего общества. Она чувствовала, что поступает очень нехорошо, сбегая от Дорна, самовольничая и нарушая некие правила поведения, которые вероятно сохранились где-то на задворках ее разума с прошлой жизни. Но ей не хотелось вновь ощущать гнетущую антипатию к ней главы оборонного района. Да и всех остальных его сотрудников. Кёр решила, что их отношение к ней вряд ли будет теплее, чем у Дорна. К тому же, ее начало увлекать собственное исследование Города. Подумав о Лиусе Дорне, девушка невольно оглянулась. Стена позади все еще оставалась закрытой. И все же она побежала. Влетев в портер, Кёр мгновенно развернулась к началу коридора. Сквозь затягивающееся окно стены портера она испуганно заметила отверстие, появившееся в стене начала коридора, уже начавшее разрастаться. Девушка быстро выдохнула первые пришедшие на ум команды, почти все сразу:
- Вверх! Наверх! Второй этаж! Подняться!
И с облегчением, почувствовала, что помещение начало перемещаться.


Часть 3.



Чувство облегчения оказалось недолгим. Когда портер остановился и начал открываться, чтобы выпустить ее в новый коридор, Кер увидела, что тот не пуст. В нем находились люди, две женщины и мужчина. По счастью, шли они в направлении противоположном портеру. Девушка отпрянула назад, прижавшись к стене комнаты. И прошептала в пространство:
- Не хочу выходить. Не хочу, чтобы кто-то вошел.
Дверь в противоположной стене послушно исчезла. Кёр сползла на пол, глубоко вздохнула, и обняла руками колени. Она задумалась над тем, что делать дальше. Этажа у здания всего два. Внизу Дорн, а здесь слишком оживленно. Одновременно с этим, она пыталась понять, что же именно испугало ее в незнакомых людях. Почему окружающий мир начинал вызывать желание спрятаться и казаться ей враждебным. Причину она нашла. Лиус Дорн вынуждал ее чувствовать себя в чем-то виноватой. И не только перед ним, а перед всеми встреченными людьми. На самом деле, то же самое впечатление, при тщательном анализе их недолгого знакомства, производила и Дайма Дорн. Но женщина довольно успешно старалась скрывать свое недоверие к Кёр. Чего нельзя было сказать о ее муже. Давило и пугало именно это осуждающее недоверие, причиной которого сама девушка быть не могла. Она еще не успела ничем провиниться перед ними. Вместе с тем, называя ее Сердцем Города, который полностью обеспечивает жизнь горожан, на нее налагали и чувство ответственности по отношению к ним. За нее выбрали предназначение и смысл дальнейшей жизни, но не верили в нее. Сочетание ожидания и заведомого разочарования, непрошено возложенных на нее, действовало на девушку угнетающе. И некая глубинная сущность заставляла ее бороться против этого угнетения. Пока что, единственным способом борьбы, бессознательно найденным Кёр, было бегство. А сейчас бежать было некуда. Девушка испытывала ощущения беспомощности и грусти. Ей очень сильно захотелось провалиться сквозь землю. В этот момент она почувствовала в портере чужое присутствие. И перемещение самого портера.

От неожиданности Кёр выпустила из рук колени и уперлась ладонями в пол, напряженно оглядывая пустое помещение. Если бы чужое присутствие было внутри нее, как в комнате, где она впервые увидела этот мир, то она бы сразу опознала в нем Город. Но это присутствие было внешним. И девушка решила, что за ней наблюдает кто-то другой. Ее сердце тревожно забилось и она начала внимательно осматривать стены и потолок. Когда перемещение комнаты закончилось, присутствие мягко переместилось в нее.
- Здесь нет того, что ты ищешь, - возник в разуме Кёр низкий мужской голос, исполненный какого-то теплого безразличия и обаяния, - система визуальных коммуникаций есть, а наблюдения за горожанами нет. Если меня прямо не просят кого-то найти.
- Привет, - проявила запоздалую вежливость девушка. Напряжение покидало ее, возвращая безмятежность, - ты не огорчен моим бегством от твоих людей?
- Люди мне не принадлежат, - равнодушно отозвался голос, - обычно я не вмешиваюсь в их жизнь.
- Да неужели, - саркастично вырвалось у Кёр, - а я слышала, что еще как вмешиваешься. Похищаешь, держишь взаперти.
- Похищаю? - в бархатистом голосе послышались нотки удивления, - я забираю их оттуда, где они больше не нужны. За несколько мгновений до смерти. Туда, где они нужны и могут продолжать жить. Разве это похищение?
- Ты забираешь их против воли, - возразила девушка, - конечно же, это похищение.
- Тут ты ошибаешься, - спокойно отмел ее обвинение Город, - они молят о спасении. Как именно спасать никто не уточняет.

Такой ответ обезоружил Кёр, но все же, она не собиралась уступать:
- А как быть с теми, кого называют твоим Сердцем? Они тоже умоляют?
- По-разному, - невозмутимо ответил голос, - иногда я действительно забираю их против воли, но никуда не запираю. Взаперти их удерживают люди, а я не вмешиваюсь.
- Ничего себе, - возмутилась девушка, - сначала похищаешь, а потом не вмешиваешься! Это... это безответственно и жестоко!
- Им ничего не нужно от меня, - равнодушно объяснил Город, - они меня отвергают. Поэтому никакой ответственности за них я не несу.
- Но ты насильно забираешь их из естественной социальной среды, от друзей, от родных. Если не чувствуешь за это ответственность, то ты жесток.
- Не совсем насильно, - медленно произнес голос, - я знаю их. Иногда я проживаю в соприкосновении с ними всю их жизнь. Порой они создают во мне уверенность, что я нужен им, часто так и бывает. И тогда я их забираю, потому что мне они тоже нужны. Но иногда ошибаюсь.
- Ты мог бы вернуть их домой, к семьям, - тихо предложила Кёр.
- Мог бы, - согласился Город, - но, не стану. Потому что, не все Города такие ответственные перед мирозданием как я. Некоторым безразлично, нужен человек там, откуда его забирают или нет. Горожане нужны для противостояний другим Городам и во избежание саморазрушения. Горожанин всегда обратит внимание на что-то, начавшее приходить в негодность. Самому это заметить бывает трудно. Иногда Города забирают целые населенные пункты, оставляя только неспособные к взаимодействию особи. Но жизнь в бесконечном пространстве не так легко обнаружить. Обитаемых миров очень мало и заселены они всего несколькими корневыми цивилизациями. Если ты идешь по траве один раз, ты только примнешь ее ненадолго, потом она примет первоначальный вид. И никто не заметит где ты прошел. Но если ты прошел туда-сюда хотя бы три раза, то в траве появляется тропа, которая восстанавливается долго и найти которую очень легко.

Возражения у Кёр закончились. Девушка молча сидела на полу портера и думала о том, что сказал Город. Пусть она и не была согласна со всем, но и возражать его логике не могла. Противостояния Городов, их Сердец и горожан, конечно, беспокоили ее, но в настоящий момент гораздо больше ее беспокоила собственная жизнь.
- Мне нужна твоя помощь, - наконец, рассеяла возникшую тишину Кёр.
- Я понял, - отозвался Город, - и уже частично помог. Ты хотела под землю - ты на нулевом этаже. Но я пока не смог разобраться, куда именно под землю тебе нужно провалиться. Возможно, ты хотела на нижний уровень?
- Нет, ты не понял, - опешила девушка, - это был просто фразеологический оборот. Мне хотелось куда-нибудь спрятаться, чтобы меня не нашли.
- Это не в моих силах, - разочаровано произнес Город, - я найду тебя везде и всегда.
- Против тебя я не возражаю, - невольно улыбнулась Кёр, - но пока не хочу общения с горожанами. Пока не пойму как мне с ними ужиться.
- Они волнуются, - заявил Город.
- Скажи им, что я с тобой, - попросила девушка, - пусть меня оставят в покое на некоторое время.
- Скажу, - согласился он, и добавил, - если не хочешь ни с кем пересекаться, то тебе потребуются схема и ключ.
Девушка не заметила, когда и как в портере появился странный мячик, сантиметров десять в диаметре, который прикатился по полу к ее руке. Шарик был золотистого цвета с темными геометрическими разводами. На ощупь он напоминал стены. Твердый и гладкий, но местами упруго-пластичный. Не теплый и не холодный, как будто живой. С одной стороны шарика лучи узора сходились к круглому прозрачному камню синего цвета, тонко-плоскому, с множеством сглаженных граней. Кёр легонько нажала на камень, половинка шара съехала в сторону. А над второй половинкой, в раскрывшемся веере лучей бело-золотого света девушка увидела миниатюрный Город. Цветная полупрозрачная проекция с синими и красными паутинами систем жизнеобеспечения, похожими на систему нервно-сосудистой регуляции.

Кёр захотелось потрогать эту красоту, несмотря на сознание того, что ее пальцы встретят лишь пустоту. Однако, произошло совсем не то, что она ожидала. Проекция оказалась невесомо-ощутимой, как настоящая паутина. И... приблизилась, увеличивая то место схемы, которого коснулся ее палец. Она ткнула в схему еще раз, и еще... и начала различать в проекции людей, передвигающихся по Городу или находящихся в помещениях. Затем она заметила яркую звездочку и потянулась к ней. Это была она сама.
- А говорил, что нет системы наблюдения, - вырвалось у нее.
- Нет. Есть только я, - тут же отозвался голос в ее голове, - считай, что это мой глаз. Пользоваться им может только Сердце, которое меня не отвергает.
- И сколько таких?
- Одно.
- Только я? - поразилась Кёр
- Только ты, - подтвердил Город, - мое предыдущее взаимодействовавшее Сердце погибло, другие отвергли.
- И ты теперь следишь за всем один? - удивилась девушка.
- Я слежу за собой. Я не беспомощен. Сердце меня заметно усиливает, но было время, когда я долго был один. И даже без людей.
- А другие Города, - вдруг вспомнила Кёр, - они часто нападают?
- Когда-то нападали часто. Но разрушить Город, рассчитанный на нападения гораздо легче, чем меня. Все мои системы настроены на защиту. Нападения на меня крайне невыгодны нападающему, зато выгодны мне. Сейчас нападает только один. Но очень сильный.
- Тебе нужна моя помощь? - осторожно попыталась уточнить девушка, думая, что именно на это он и намекает.
- Нет, - безразлично ответил голос, - ты сейчас не сможешь мне помочь. У меня пока нет возможности тебя научить.
- Когда скажешь, - предложила Кёр, добавив, - не потому что так надо, а потому что я хочу тебе помочь.
- Я еще нужен тебе? - в свою очередь задал вопрос ее незримый опекун.
- Да нет, спасибо тебе за все.
- Если буду нужен - позови, - попрощался с девушкой Город, покидая портер и ее сознание.


Часть 4.



Кёр еще долго рассматривала схему. Она увидела, что представляют собой нижний и верхний уровни. Цветущий жилой уровень был поистине прекрасен. Помимо застроенных архитектурой секторов в нем были разнообразные парки и сады. Казалось бы, с естественными водоемами и великолепными пляжами. Но девушка видела сетку вен жизнеобеспечивающих систем, расходящихся от них внутри невидимого горожанам тела Города. Люди в основном концентрировались в одном жилом секторе, но и в почти безлюдных городских секторах встречались небольшие группы людей, и иногда даже одиночки. Выбрать себе удобное удаленное от социума жилье не представляло никаких трудностей. Однако, девушку все же привлекал многонаселенный сектор. Зачарованно рассматривая его, она узнала, что такое автокрылья и увидела разнообразные модели летунов и нелетающих средств передвижения. Все они были почти бесшумны. И поэтому их движение производило впечатление чего-то естественно-живого, как будто это были не машины, а необыкновенные животные. А вот настоящих животных не было совсем. Она увидела, как перемещаются портеры, внутри все той же невидимой части Города, в любом направлении. И многочисленные портерные кабинки свободно менялись маршрутами между собой. 'Вот почему никто не пытался пройти сквозь стену портера', - догадалась девушка, - 'хотя Дорн должен был видеть, как Кёр туда вошла'. Как только кабина с Кёр покинула этаж, освободившееся место заняла другая кабина. Подумав о Дорне, ей захотелось отыскать Медицинский район на среднем уровне, и Дайму. Искать она решила, начиная от своей звездочки. Ведь Город сказал, что она находится точно под зданием в Оборонном районе. Девушка приблизила себя на схеме и начала потихоньку перемещаться вверх, когда ее внимание привлекла еще одна звездочка, находящаяся на одном уровне с Кёр. Более тусклая, чем ее собственная но, тем не менее, гораздо более яркая, чем точки горожан.

Постепенно приближая к себе эту звездочку, девушка все больше поражалась увиденному. Среди пустоты подземных помещений нулевого этажа среднего уровня находилась роскошная жилая секция. Состоявшая из нескольких декорированных смежных комнат разного бытового назначения. Там была даже оранжерея, но обычное к таким вещам любопытство Кёр на ней не задержалось. Потому что было нечто гораздо более интересное. Там была молодая девушка, на вид немногим старше Кёр. И эта девушка явно находилась там не по собственной инициативе. Кёр поняла, что видит одну из Сердец, отвергнувших Город. И ей очень захотелось пообщаться с этим Сердцем. Кёр поднялась на ноги и произнесла:
- Влево!
Портер пришел в движение. Когда кабина с Кёр на проекции оказалась в нужном положении, девушка сказала:
- Стоп.
Возможно, это был неправильный способ передвижения в портере, но других способов девушка пока не знала. И, используя схему как навигатор, она постепенно добралась до коридора, в котором находился овал пленницы. Покинув, наконец, портер, она быстро зашагала к нужному помещению и достигла его довольно скоро. Этот овал был пустым.

Пару минут Кёр стояла возле входа в нерешительности. Она пыталась выбрать, как себя вести и что делать, если девушка проявит агрессию по отношению к ней. Выглядела та крупнее Кер, находилась в лучшей физической подготовке и обладала большей информацией по использованию городских функций, в отличие от фактически новорожденной Кёр. Но потом вспомнила, что в случае чего всегда можно позвать на помощь Город. А отобрать ключ никто не сможет, для всех кроме нее он будет бесполезен. И девушка решила, что никакая особая подготовка для встречи со своей коллегой ей не нужна. Она сделала последний шаг в стену и оказалась внутри. С трудом подавив вздох высшей степени удивления, Кёр разглядывала помещение. Вблизи оно оказалось еще более необычным, чем могла передать даже такая совершенная схема, как у ключа. Потолок и пол были обычными, как и везде в Городе. Но с потолка свисали четыре светильника, совершено удивительного вида, который, ни с чем не ассоциировался в ее дремлющем подсознании. Стены были какого-то переливчатого спектра, от желтого до светло-зеленого, с приятными рыжеватыми разводами. На стенах висели пластины абстракционной формы, с нанесенными на них красивыми изображениями. Все, что выдала ее память о подобном - картины. Но они были совсем не похожи на те, которые всплывали в ее разуме при этом слове. Комната была также необычно меблирована. А самым необычным было то, что в комнате был постоянно открытый проход, в виде арки, ведущей в другое помещение. Кёр осторожно подобралась к нему и заглянула сквозь проем. Следующая комната была довольно мрачной расцветки, более аскетичного дизайна, но не менее изысканного вкуса и чужеродности, чем предыдущая. Светильники в ней были расположены не на потолке, а по стенам. Девушка уже поняла, что обитательница секции была явно не с родной планеты Кёр.

Ощущение чужого присутствия вызвало холодок, пробежавший по позвоночнику, и сердце девушки екнуло от испуга. Присутствие чужого сознания было заметным, в отличие от горожан и не таким располагающим, как у Города. Кёр обвела глазами комнату-пещеру, как она ее про себя окрестила, и взгляд наткнулся на следующую арку-проход. В котором стояла незнакомка, почти сливаясь одеянием с расцветкой комнаты, как хамелеон. У девушки были не очень длинные, но очень красивые, блестящие черные волосы, касавшиеся плеч красивыми завитками. Кожа смуглого оттенка и неразличимые в колышущемся полумраке освещения черты лица. Одета она была в обычный для всех горожан комбинезон. А вот сверху на ней была красивая, и совершенно ни с чем несравнимая, длинная одежда без рукавов прямого кроя. Юбка, состоящая из четырех трапециевидных лепестков, доходила до пола, поэтому обуви не было видно. Девушки стояли в разных концах комнаты-пещеры и, не отрываясь, смотрели друг на друга. Потом незнакомка плавно повернулась и выплыла из поля зрения Кёр. Испуг и мышечное напряжение на несколько мгновений парализовали девушку. Но она решительно вошла внутрь мрачной комнаты, решительно преодолела ее, постоянно ожидая какого-то предательского удара, и попала в хорошо освещенную потолком оранжерею. Посреди которой у небольшого фонтанчика на странном предмете мебели, похожем на бесформенную округлую ракушку, сидела другое Сердце, опустив одну руку в воду. Напротив, стоял такой же свободный предмет. Его Кёр и заняла. Предмет оказался упруго-мягким и удобным. Облокотившись на спинку, Кёр расслабилась и улыбнулась хозяйке:
- Привет. Познакомимся?

Другое Сердце лениво повернула голову в ее сторону:
- А разве тебе не поведали мою биографию, перед тем как прислать сюда?
Голос был тусклым, довольно тонким, но ясным и плавным, приятным на слух. Кёр решила не сообщать девушке, что пришла сюда самовольно, и уклончиво ответила:
- Не успели. Ты же тоже поняла, кто я и почему хотела тебя видеть?
- Кто ты, конечно же, поняла. Но что тебе от меня нужно не представляю.
- Меня зовут Кёр-де-Виль, - медленно, с нажимом, проговорила Кёр.
- Рания Иниза, - равнодушно обменялась любезностью хозяйка жилища.
- Я пришла узнать, как ты предала Город. Я все равно это узнаю, но хочу из первых рук. И почему? Ты ведь прошла подготовку, - уверенно выдала догадку за информированность Кёр. И попала в цель:
- Прошла, - саркастично усмехнулась Рания, - смирилась, застыла. Но потом появилось пламя по имени Аниша Хэкко, оно растопило меня.
- Еще одно Сердце?
- Я бы сказала половина Сердца. Ей нет и пятнадцати, - грустно вымучила из себя Рания.
Кёр выжидающе смотрела на нее.
- Тебе совсем ничего обо мне не рассказали? - девушка впилась в лицо Кёр горящими глазами, которые оказались темно-фиалкового цвета.
- Только то, что ты убила предыдущее Сердце, - вновь блефовала Кёр наудачу, исходя из полученных логических предположений.
- Это вышло случайно, - печально вздохнула Рания, опуская глаза, - я любила старушку. Она меня учила, она меня опекала. Но слишком долго была Сердцем Города и не поняла нашей с Анишей невыносимой тоски по дому.

Она вдруг встрепенулась и задумчиво поинтересовалась:
- Ты скучаешь по дому?
Кёр молча покачала головой, и на всякий случай неопределенно уточнила:
- Меня там ничто не удерживало.
- Завидую, - страстно прошептала затворница, - если это действительно так, а не как я ошибочно полагала, когда только попала сюда. У тебя был любимый человек?
Кёр снова покачала головой.
- А у меня был, - как-то сочувственно посмотрела на нее Рания, потом замерла, как будто цепенея, - но, перед тем как все случилось, между нами было все кончено. Как ни старалась вернуть его, он только бежал от меня все дальше и дальше. Я возненавидела его. С его уходом я потеряла интерес к жизни, не могла и не хотела ни жить, ни есть, ни спать. И оказалась здесь. Сначала испытала облегчение. Но чем больше времени проходило, тем чаще вспоминала его. Вспоминала уже по-другому. Время не излечило любовь, но излечило ненависть. Я поняла, что по-прежнему не могу жить без него, но теперь мне необязательно иметь его при себе. Теперь, я была бы счастлива, просто видя его иногда и храня любовь в себе одной. Я попросила Город вернуть меня домой. И получила отказ. Я умоляла его, но он был равнодушен. Вот тогда я и узнала что такое настоящая безысходность. Тогда я выплакала все слезы и разучилась плакать. Научилась смиряться и терпеть. Деваться ведь все равно было некуда. Закончила подготовку и помогала старушке с Городом. А потом в Городе появилась Аниша. Она не умеет смиряться.


Часть 5.



Рания замолчала, опустила в фонтан обе руки и умыла лицо. Потом убрала с лица намокшие кончики локонов и продолжила:
- У Аниши были невыносимые отношения в семье, плохие условия жизни, неполная семья и частые смены одного из родителей. В конце концов, она сбежала из дома. В Город она попала из заключения за какое-то социальное преступление. Но она с самого начала хотела вернуться. С самого начала она бунтовала, требуя вернуть ее домой. Естественно, Город отказал. В то же время на нас напал другой Город. И однажды его сознание зацепило Анишу. Он убедил ее, что сможет вернуть домой всех, кто того захочет. Аниша убедила меня, что сдаваться рано, что надо испробовать все возможности получения желаемого. Я безумно хотела домой. И согласилась помочь ей и тому Городу провести чужих горожан в центральный нервный узел нашего Города. Нам обещали, что никто из жителей не пострадает. Так бы и случилось, если бы прежнее Сердце не заблокировала своим ключом все проходы к мозгу Города. И они с ним переместили весь сектор узла в другое место. Мой ключ к тому времени уже стал бесполезен. Я перестала идентифицироваться Городом как родственный объект, как и те, кто был со мной. Мы не знали, что за стенами уже нет того, что нам нужно. Посланцы чужого Города попытались расчистить проход взрывами и замешкавшаяся старушка погибла. Погибло несколько военных, медиков и часть персонала нижнего уровня. Город в это время сдерживал нападение извне. Поняв, что я больше не его Сердце, он обнаружил вторженцев и переместил все секции с ними на нулевой этаж среднего уровня. Где они оказались беспомощны перед оборонными войсками. После этого меня заперли здесь. Анишу отправили на принудительную психологическую реабилитацию в Медицинский район. А что случилось с чужими горожанами, я не знаю.

- Разве Город не сказал вам, чем опасно ваше возвращение домой для обитателей вашей родины? - удивилась Кёр, когда девушка замолчала, задумавшись о чем-то.
- Отговорку про то, что другой Город может пойти по его следу и насильно забрать себе людей из наших родных миров? - отстранено переспросила Рания.
Кёр подтвердила, и девушка ответила ей:
- Сказал. Но разве боги могут так поступить? Вселенские Города-создатели на такое не пойдут. Боги должны заботиться о живых созданиях, а не уничтожать и обращать в рабство. Зачем это Богам, если они всесильны?
- Богов и тех часто изображают злыми, - поразилась Кёр такому взгляду на мироздание, - А если они не всесильны? Города не боги. По крайней мере, наш. Он даже не гений. Он обычный планетянин, которых в моем мире называли среднестатистическими. Просто он может вмещать в себя целый город. Во всем другом он кажется обычным человеком. И я думаю, что он молод. Иногда мне кажется, что он глупей меня. Многие простые вещи ему неизвестны и непонятны. То, что он долгоживущий не означает, что скорость развития у него такая же как у тех, чья жизнь скоротечна.
И вдруг Кёр озарило:
- Ты ведь и не пыталась его понять, - опустошенно прошептала она, - Твой разум был слишком переполнен для этого. Ты думала только о своем любимом и сравнивала их значимость для тебя. Поэтому не видела, с кем имеешь дело. И подогнала его подо что-то из своего жизненного опыта. А он совсем другой.
- Как странно, у вас есть прекрасные исходные данные для гармоничного взаимодействия, но не было взаимопонимания, - немного погодя добавила она.
- Я не хочу его понимать, кем бы он ни был, мне не нужно взаимодействие с ним, - холодно отозвалась Рания, - я не знаю, какие отношения сложились у вас, но его отношение ко мне было бесчувственным.
Кёр окинула девушку грустным взглядом, поняв, что не сможет достучаться до той, как бы ни старалась. Возможно, и Дайма Дорн это поняла, отказавшись от реабилитации Рании. У бывшего Сердца уже было удобное предубеждение, и она категорически противостояла всем попыткам на него повлиять. Кёр поднялась и попрощалась. Девушка проигнорировала ее. Кёр развернулась и направилась к выходу.

- Постой, - раздалось вдруг за спиной, когда она пересекала комнату с картинами.
Кёр остановилась и обернулась.
- Ты ведь еще не прошла обучение? - Рания стояла в проеме входной арки, сложив кисти в замочек на уровне груди, как будто готовилась к молитве. Ее пальцы сжимались и разжимались, - Это не так быстро, и учить тебя некому. А Город наверняка все еще воюет, раз до сих пор не разрушен. Тот, другой, он не собирался отступать.
- Не прошла, - спокойно согласилась Кёр, - но я быстро учусь.
- Ты научишься в сто раз быстрее, чем могла бы даже с Городом, если я войду в твое сознание и оставлю там все, что моя наставница оставила мне. И мой собственный опыт тоже. С таким ментальным архивом ты и одна сможешь разобраться в устройстве Города и взаимодействии с ним. Никаких особых секретов, наверняка, он еще не успел доверить тебе. Бояться тебе нечего, даже если ты мне не доверяешь... - высокий голос Рании как-то надломано прервался.
Она замялась, возможно, пытаясь подыскать нужные слова. И Кёр предположила:
- Но ты что-то хочешь за это?
- Да, - с облегчением расцепила руки затворница, - я хочу, чтобы ты помогла мне найти Анишу. И вывела нас к выходному шлюзу на нижнем техническом уровне.
- Ты собираешься наружу? - поразилась Кёр.
- Я выполнила свое обещание тому Городу, - объяснила Рания, - теперь он должен выполнить свое.
- А Аниша тебе зачем, если это был твой договор? - не поняла Кёр.
- Потому что, она тоже стала для меня любимым человеком, я не могу бросить ее здесь. Мне будет не хватать ее.
- Хм, - задумалась Кёр, - а если тот Город все же обманет? Не лучше ли умереть одной, чем тащить любимого человека умирать с тобой.
- Он не обманет, - упрямо сжала губы Рания, - он не может обмануть. Он же Город, древний и мудрый. Или ты тоже из таких людей, кто сажает других в клетки, якобы ради их же пользы, которую самим узникам не понять?
- Хорошо, - вдруг легко согласилась Кёр, - я ведь действительно ничего не теряю. Если Аниша захочет пойти с тобой, то я провожу вас на выход.

В Рании почувствовалось заметное оживление, и проснулась неожиданная активность. Попросив Кёр подождать, Рания исчезла в комнате-пещере, устремившись куда-то вглубь своего жилища. Спустя какое-то время она вернулась. На ней была туника приглушенно-голубого цвета с широким темно-серым кантом. И серые сандалии, почти не отличающиеся от тех, что были на Кёр. В руках Рания держала еще одну тунику. Абсолютно такого же кроя, как и у нее, но голубой цвет заменялся приглушенно-салатовым.
Девушка протянула вторую тунику Кёр:
- Так ходит персонал, обслуживающий системы жизнеобеспечения, в рабочее время. Техников можно встретить на любом уровне, но их практически не замечают. Это будет удобно, если кто-то встретится по пути.
Кёр не понравилась идея облачения себя в личину безымянного техника, но желание невидимости и избежания проблем победило нежелание. Надевалась туника легко. Обе передние половины почти сразу же срослись между собой, как только девушка продела руки в проймы рукавов, и левая половина переда коснулась правой. Кёр порадовало наличие глубоких карманов. Узких и длинных куда, тем не менее, спокойно проникала ее рука.
- Покажи карту, - попросила Рания.
Кёр вытащила золотистый шарик из кармана. Рания начала водить своим пальцем по схеме, указывая, куда Кёр должна ткнуть своим. Вскоре они нашли Анишу. Ее звездочка светилась тусклее, чем у Кёр, но ярче, чем у Рании. Кёр и сама могла бы найти девочку, но у Рании это вышло намного быстрее. Бывшему Сердцу было известно, где надо искать. Затем Рания начала выискивать безопасный маршрут до наружного выходного шлюза. Наконец, они покинули тюремную секцию и отправились за Анишей. Управляемый Ранией портер достиг нужного сектора медицинского района без остановок. Из портера Рания уверенно устремилась к нужному зданию, таща за собой Кёр. Которой бывшая узница объяснила, что в некоторые специализированные или служебные помещения можно проникнуть, только имея ключ или сохраненный в памяти стен биологический код с узкоспециальным допуском. Поэтому Рания не могла покинуть свою секцию без сопровождения, стены не выпускали ее.

В нужном им коридоре оказалось несколько человек медицинского персонала. Поэтому, используя схему, они прошли к помещению, где содержалась Аниша, сквозь другие помещения комплекса. В некоторых из них находились пациенты, но другого пути не было. Улыбающаяся приветливая Рания, а вместе с ней и немного озадаченная Кёр, не вызвали у обитателей никакого беспокойства. Вместе с Анишей, сосредоточенно занимающейся чем-то за столом, в помещении находилось еще три девушки. Они столь же дружелюбно отреагировали на нежданных посетителей, как и другие обитатели комплекса. Но в этой комнате Рания посерьезнела. Она поздоровалась с девушками, обступившими ее, спросила их о здоровье и пожелала им поскорее оказаться на верхнем уровне. Потом решительно высвободилась из окружения и подошла девочке, которая заметила их присутствие, но никак на него не реагировала.
- Аниша, ты должна пойти со мной, - без обиняков заявила Рания, положив свою ладонь на руку девочки.
Девочка аккуратно освободила свою руку, отложила кусок чего-то гибкого, из чего она лепила какую-то непонятную вещь и пронзительно посмотрела в глаза подруги:
- Тебя выпустили?
Рания заметно окаменела, но не смутилась:
- Время вышло, - спокойно ответила она девочке.
- Мое не вышло, - пожала худенькими плечиками та, - иначе бы Дайма мне об этом сказала.
Рания растерялась. Очевидно, она думала, что как только девочка ее увидит, то все поймет и будет беспрекословно делать то, что скажет старшая подруга. Но, этого не случилось.




Продолжение ТУТ


Вопрос: Мнение
1. прикольно  5  (100%)
Всего: 5

@темы: Творчество

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Aesthetic Intriga Steel and Ipseity

главная